Предварительные результаты выборов депутатов Государственной Думы девятого созыва в 37-м регионе «Ивановским новостям» прокомментировал политконсультант Роман Пермяков, глава аналитического центра Г.У.Р.У. и автор первого в России рейтинга эффективности глав регионов — Индекса Telegram, который составляется с помощью нейросетей. По его словам, ивановский кейс интересен в первую очередь тем, что наглядно показывает, как регион, который еще пять лет назад считался «проблемным» для власти, превращается в эталон провластной управляемой мобилизации.
- Роман, как оцениваете предварительные итоги выборов в Ивановской области?
- В Ивановской области на выборах произошел сдвиг тектонических электоральных плит. Если в 2021 году «Единая Россия» набрала в регионе 36,5%, а КПРФ — 27,94%, то в 2026-м ЕР получает 57,48%, а КПРФ — 15,19%. Это рост на 21 п.п. за один цикл, у КПРФ как у главной оппозиционной силы обратная динамика - падение почти что на 13 пунктов.
Есть, конечно, и федеральные факторы, которые обусловили результат - это в первую очередь консолидация вокруг флага и поддержка Президента. Высокая явка и показатели партии власти - красноречивый ответ на беспрецедентное давление на политическую систему извне. В этих условиях такое активное голосование было сродни политическому заявлению. Это в первую очередь предопределило результаты на выборах в Ивановской области.
Однако такую дельту по сравнению с прошлыми выборами исключительно федеральными факторами не объяснить, поэтому, конечно, в нем есть и своя региональная лепта, которую внесло правительство губернатора Воскресенского. Безусловно, есть в этом и фактор мобилизации - в целом власть воспринимала эти выборы как способ продемонстрировать устойчивость и управляемость системы в условиях внешних вызовов, и результаты наглядно показали, что этот мобилизационный провластный ресурс у региональный администрации есть, и они умеют им пользоваться. Экзамен сдали.
- Что можете сказать по поводу беспрецедентно высокой явки?
Явка 56,18% — на 2,5–3% ниже среднероссийской, но для Ивановской области это исторический максимум. В 2021 году явка составляла 37,93% — то есть рост почти на 18 п.п. Регион, который раньше «проваливался» по явке, теперь вышел в середняки, и что принципиально - не за счет протестного голосования. Оппозиции тоже было бы полезно покопаться в причинах - почему они свой электорат так и не смогли довести до участков. Наверное, есть тут причины и в том, что системные оппозиционные партии явно не доработали, потеряв доверие своих избирателей.
- Результат ЕР — 57,48% — это «в яблочко» или случайность?
- Нет ничего случайного, тем более на выборах. Среднероссийский результат ЕР — около 58%, ивановский — 57,48%. С учетом реноме протестного региона - это очень высокие показатели. Выше всяких ожиданий. Думаю, что это не совпадение, а сознательная калибровка: регион продемонстрировал мобилизационный результат, чтобы доказать эффективность местной команды. Не секрет, что такое негласное соревнование между регионами есть, даже несмотря на то, что особо ретивых «спортсменов» из региональных внутриполов периодически одергивают сверху.
Примечательны показатели кандидата по одномандатному округу Виталия Дроздова, который набрал 58,88% — это даже чуть выше партийного результата, что говорит о персонализации кампании. Дроздов — участник программы «Время героев», сопредседатель Ассоциации ветеранов СВО, и его личный образ усилил партийный бренд. Хороший пример, и показатель высокого доверия к кандидатам-ветеранам СВО, которые консолидируют вокруг себя избирателей разных политических взглядов.
- Что с оппозицией? КПРФ укрепилась или ослабла?
- КПРФ пережила обвал: с 27,94% в 2021 году до 15,19% в 2026-м. Это потеря почти половины электората. В прошлые выборы мы уже отмечали, что Ивановская область теряет реноме региона красного пояса, и эти показатели - наглядная демонстрация нового статуса-кво. Ехать на старом советском багаже вечно нельзя, и такие результаты буквально кричат о кризисе в партии.
Однако результат КПРФ в Ивановской области всё же чуть выше, чем в среднем по России. Это означает, что оппозиционный запрос в регионе сохраняется. Он перетекает к другим партиям или уходит в абсентеизм - здесь КПРФ нужно провести собственный анализ, чтобы понять причины, но само явление для них это даже не сигнал, а сигналище.
Куда ушли голоса? Частично — в ЛДПР (9,94% в 2026-м против 9,43% в 2021-м), частично — в «Новые люди» (6,07% против 5% в 2021-м).
Часть протестного электората 2021 года абсорбировала сама «Единая Россия». Остальные недовольные из числа голосовавших за КПРФ в Ивановской области в 2021-м - оказались недовольны и КПРФ и попросту не пришли на участки. Разрыв между ЕР и КПРФ вырос с 8,5 п.п. в 2021-м до 42,3 п.п. в 2026-м — это уже не конкуренция, а доминирование.
- Ивановская область — «прилежный середняк» или новый эталон?
- Ивановская область не претендует на роль лидера по электоральным показателям (как, например, Чечня или Тува с явкой 80%+), но и не проваливается. Она ровно вписывается в среднероссийские показатели: явка — минус 2,5–3% от среднего, результат ЕР — практически идентичен федеральному.
В чем ценность этой модели? В воспроизводимости. Ивановская область показывает, что даже условно «проблемный» регион и исторически протестным электоратом (напомню: в 2021-м разрыв ЕР и КПРФ был всего 8,5 п.п.) может быть переведен в разряд управляемых. Для Кремля это сигнал: «проблемные» регионы поддаются мобилизации при правильной работе с явкой и мягком использовании административного ресурса.
Однако есть скрытый риск в том, что мобилизационная модель работает на короткой дистанции, но не заменяет реальную социальную политику вдолгую. Если после выборов регион не получит дивидендов в виде реальных изменений жизни к лучшему и избиратели посчитают себя обманутыми, то следующий цикл может показать обратный тренд.
Регион вышел из категории «протестных», продемонстрировав рост ЕР на 21 п.п. и явку, близкую к среднероссийской. Однако устойчивость этой модели зависит от двух факторов: сохранения губернаторского рейтинга (Воскресенский переизбран с 82,49% в 2023 году) и реальных экономических результатов в осенне-зимний период. Пока оба фактора в наличии — модель будет воспроизводиться. Но если «эффект мобилизации» не подкрепится социальными дивидендами и реальным улучшением жизни, и ожидания избирателей будут обмануты, то ивановский кейс может обернуться противоположным эффектом с резким ростом недовольства и стать предупреждением, а не эталоном.