Предварительные итоги выборов в 37-м регионе «Ивановским новостям» прокомментировал Александр Коротков, первый секретарь областного комитета ЛКСМ РФ, юрист и руководитель аппарата фракции КПРФ в Ивановской городской Думе.
- Александр, добрый день! Поделитесь, пожалуйста, впечатлениями от выборов.
- Здравствуйте. Во-первых, хочу сразу оговориться, что выражаю в первую очередь своё личное мнение как гражданина, а не позицию партийной организации. За выборами я начал наблюдать и принимать в них участие в 2006 году, когда только пришёл в комсомол. В те времена действительно были впечатления, так как город пестрил разнообразными баннерами и плакатами разных политических сил, устраивались настоящие дебаты, транслируемые на местном ТВ, все политические силы работали на результат, который был не так предопределён. Сейчас от тех выборов не осталось ничего. Каждая выборная кампания, начиная с 2010 года, всё менее состязательна, недемократична и предсказуема.
- Как можете прокомментировать высокую явку?
- Ну, насколько мне известно, из центра во внутриполитические подразделения регионов спускают задачи по явке на выборах федерального уровня. Явка на региональных и местных выборах мало их интересует, и она вполне может быть хоть 10, хоть 15%. Тут вопрос: какими методами политтехнологические дельцы эту явку создают? Лично моё мнение: это, как обычно, сгон бюджетников и студентов плюс не совсем законные механизмы, которыми дельцы владеют. Реальная явка, на мой взгляд, не соответствует той, что в итоге нам показывают.
- Есть мнение по поводу явки: якобы физически такого количества избирателей в области не было, которые могли проголосовать. Кто-то работает в Москве, кто-то прописан и проживает в других местах.
- Я примерно про это и говорю. Технологии и механизмы применяют те, на кого ответственность за явку возложили.
- Председатель облизбиркома Соловьёва сказала, что особых жалоб не было, в целом выборы прошли спокойно. Политолог Евгений Полковников заявил, что отсутствие жалоб на выборах — это прежде всего пассивность оппозиционных партий. От КПРФ было представлено более 500 наблюдателей, и нет ни одного нарушения?
- Я отвечу как человек, который много лет в разных статусах осуществляет контроль за выборами. Нарушения есть явные, которые мы фиксируем и можем оформить жалобу, а есть те, о которых мы знаем, но к которым доступа у наших наблюдателей и членов комиссий нет. В первом случае на жалобы приходят формальные отписки, во втором — мы не в состоянии прикрепить к словам доказательную базу. Но были случаи, когда нами фиксировались и доказывались серьёзнейшие нарушения, результаты голосования на конкретных УИКах отменялись, однако, как любит говорить наш ЦИК, «эти нарушения не повлияли на общие результаты выборов». Это вот лирическое отступление, а если кратко, то я уже понимаю, что писать все эти жалобы — напрасно марать бумагу. Эффекта ноль.
- Как такое большое количество жителей региона могло проголосовать за «Единую Россию» — партию, которая повысила пенсионный возраст, при высокой инфляции, низких зарплатах, при медицине, которая оставляет желать лучшего?
- В этом и парадокс. Как правильно отметил наш лидер Александр Бойков: «Чем хуже живут люди, тем больше голосов за «Единую Россию». И тут, опять же, я предположу, что этот процент — результат применения грязных и незаконных технологий и административного ресурса. Хотя отрицать, что за ЕР добровольно голосуют и те, кто плохо живёт, нельзя. Такие и в моём окружении есть. Им я всегда привожу в пример цитату В. И. Ленина: «Никто не повинен в том, если он родился рабом; но раб, который не только чуждается стремлений к своей свободе, но оправдывает и прикрашивает свое рабство…, такой раб есть вызывающий законное чувство негодования, презрения и омерзения холуй и хам».
- Как думаете, особенности трёхдневного голосования как-то повлияли на итоговый расклад?
- Более чем в этом уверен. Все эти трёхдневные, одиннадцатидневные голосования дают простор и дополнительное время организаторам выборов контролировать явку и возможность применять технологии за закрытыми дверями.
- Есть мнение, что в пятницу и субботу голосуют бюджетники, а в воскресенье якобы меньше возможностей для фальсификации. Что думаете по этому поводу?
- Это так. Выборы в принципе «делаются» в дни, предшествующие основному, а в последний уже сложнее что-то нахимичить при наличии принципиальных, опытных наблюдателей и членов комиссий.
- Политолог Нечаев отметил такой парадокс: в регионах, где власть делает больше, где налоговые поступления и социальная сфера лучше, явка оказалась меньше. Самое любопытное, что за партию власти там голосовали почему-то меньше.
- Здесь уже синдром исполнителя, так называемый. Каждая власть на местах пытается выслужиться по-своему. Вон в Комсомольском районе явка всегда почти стопроцентная (смеётся).
- КПРФ вернула себе второе место, ЛДПР оказалась на третьем. На прошлых муниципальных выборах 2025 года всё было наоборот. С чем связываете такую рокировку сил и чем обусловлены эти колебания избирателей?
- Я думаю, что тут два аспекта. Первый – это отношения ЛДПР и власти на федеральном уровне. Тогда сделали ставку на них, потом, возможно, что-то переиграли. Второй – людей за нос можно водить бесконечно, однако власть видит реальные, нерисованные результаты выборов и понимает, что КПРФ – единственная по-настоящему оппозиционная партия из всех парламентских. Рубить наш процент по максимуму – вызвать серьёзное негодование в обществе.
- Высказывается мнение, что КПРФ слила эти выборы.
- Я не особо понимаю понятие «слила» в данном контексте. Скажу за себя и своих комсомольцев: работа по просвещению умов наших граждан велась задолго до начала избирательной кампании, а в сам выборный период мы выложились по полной, не жалея времени и сил. Мы сделали максимально возможное и невозможное. И знаем реальный результат нашей партии.