15 февраля – особая, памятная дата в календаре. В этот день в 1989 году последняя колонна советских войск покинула территорию Афганистана, завершив почти десятилетний период, который навсегда остался в судьбах сотен тысяч наших соотечественников. Спустя годы эта дата стала Днём памяти воинов-интернационалистов – днём, когда мы вспоминаем тех, кто выполнил свой долг за пределами Родины.
В канун 37-й годовщины вывода войск “Ивановские новости” встретились с Евгением Ивановым, руководителем исполкома регионального Ивановского отделения организации «Офицеры России», чтобы поговорить не о сухих исторических фактах, а о личной памяти, о чувствах и уроках, которые не имеют срока давности.
Евгений Иванов, 2019 год, фото отсюда.
— Евгений Александрович, первый вопрос. Где и как вас застала весть о направлении в Афганистан? Что вы почувствовали в тот момент?
— Это было в Иванове, в военкомате, 24 июня 1985 года. У меня была возможность выбора из-за спортивной подготовки, и я решил себя проверить. Поэтому пошёл в одну из специальных команд. Так что осознанного выбора или страха не было – было решение.
— А какими были ваши представления об Афганистане до отправки?
— Откровенно говоря, особых представлений не было. Я шёл служить, выполнять задачу.
— Помните ли вы свой первый день на афганской земле? Что больше всего поразило?
— Помню. Прилетели в Кабул, нас встретили дембеля. Потом сразу на броню и поехали. Первое, что запомнилось – это сплочённость ребят, чувство локтя. Мы держались друг за друга с самого начала.
— Сейчас много говорят о дате 15 февраля 1989 года. Вы к тому моменту уже вернулись. А что помните о тех днях вывода войск? Какая была атмосфера?
— Я вернулся раньше, но за нашими ребятами, которые были там до конца, конечно, переживал всей душой. Это была очень противоречивая атмосфера. С одной стороны — огромное облегчение, что ребята возвращаются домой живыми, что конец этой войне. С другой — горечь от потерь и сложное чувство от того, как всё это потом преподносилось. Но сам вывод — это была грандиозная, чёткая военная операция. Не бегство, а организованный отход. И то, что за десять месяцев планомерного вывода потерь практически не было, — это говорит о высочайшем профессионализме наших командиров и выучке солдат.
Афганистан.
— Расскажите, пожалуйста, о вашей военной профессии там. Чем конкретно вы занимались?
— Я служил в отдельном батальоне специального минирования. Это подразделение было создано специально для Афганистана. Занимались минированием, разминированием, диверсионной работой. Действовали по всему Афганистану – и в «зелёнке», и в пустыне, и в горах, часто вместе с десантниками. Ходили на караваны, проводили различные операции.
— Как был устроен ваш быт?
— Всё зависело от обстановки. Если в части – то жили в казарме, питались в столовой. На боевых – где придётся: в палатках, на броне, просто под открытым небом. Питались сухпайками.
— А проблемы там какие-то были? Вот, например, с водой?
— Воду нам привозили, в части с этим особых проблем не было. Откуда её брали — честно говоря, мы не знали. Может, где-то обеззараживали, может, так довозили. А вот на боевых выходах, когда воды не было, приходилось самим добывать: снег топили или из реки брали. У нас были специальные обеззараживающие таблетки, типа угольных, чёрненькие такие. Бросаешь две штуки во фляжку — и можно пить. Нормальные, без запаха. Но болезни всё равно косили военнослужащих: чума, энтерит, гепатит. Многие через это прошли.
Афганистан
— Какие самые яркие добрые воспоминания оттуда, не связанные с боем?
— Письма из дома — это самое главное. И концерты, конечно. А ещё — смешное. Вы просили что-то такое… Для обывателя наш юмор часто кажется странным, армейский, специфический.
Ну, например, боец у меня шёл, нёс муку — где-то на складе нашли. Идём по перевалу, меня сзади окликнули, я на секунду отвернулся, поворачиваюсь — а бойца нет. Пропал. Начал искать, смотрю: лежит прямо на земле, весь в муке, белый, заснул на ходу. Шёл и заснул. Поднимается, отряхивается — с ног до головы в муке, вид ещё тот. Для нас тогда это было смешно до слёз.
А однажды после двухдневного марша через пустыню дошли до ручейка. Искупались, вылезли на песок — и просто упали без сил. А песок раскалённый, температура бешеная. В итоге все с ожогами ходили. Вроде не смешно, а тогда смеялись — сами виноваты, а куда деваться?
Хорошо, когда ты там был и всё это знаешь изнутри. Для обычного человека это, может, и не смешно вовсе, а просто дико. Но без этих моментов память была бы неполной.
— Родные знали, где вы на самом деле?
— Узнали правду только когда я вернулся. Они думали, что я служу в Союзе. Писал, что всё нормально.
— Как справлялись со страхом? Что давало силы?
— Чувство локтя, поддержка товарищей. Ты не один, за твоей спиной – братья. Это и подсказка в сложный момент, и готовность прикрыть.
— Храните ли вы память о погибших товарищах? Как для вас проходит День памяти 15 февраля?
— Естественно, храним. Это святое. Мы до сих пор каждый год, 10 мая, встречаемся в Москве со всеми, с кем служили в части. Вспоминаем, ездим на могилы. А 15 февраля — это день общенациональной памяти. Обязательно участвую в митингах, возложении цветов к памятникам. Главное в этот день — не просто формально отдать долг, а донести до молодёжи смысл: мы помним не войну, мы помним людей. Помним тех, кто не вернулся, и чествуем тех, кто прошёл через это испытание.
Афганистан. Служили три товарища.
— Какой главный урок вынесли для себя из той войны?
— Любовь к Родине, понимание необходимости защищать её интересы. Патриотизм – это не громкие слова, а реальные дела и ответственность. Чувство локтя, товарищество.
— Как изменилось ваше отношение к событиям тех лет за прошедшие годы?
— По большому счёту – никак. Я до сих пор считаю, что мы выполняли то, что было необходимо стране в то время. Так же, как сейчас наши ребята выполняют свой долг. Мы делали свою работу. А оценку пусть даёт история.
— Что бы вы хотели, чтобы сегодняшние молодые люди знали и помнили об Афганистане, особенно в преддверии Дня памяти?
— Прежде всего – саму историю. Мы общаемся со школьниками, и они зачастую практически ничего не знают об этом. А ведь это часть истории их семей, их страны. Очень важно, чтобы 15 февраля было не просто датой в календаре, а поводом узнать, спросить, понять. Чтобы молодые люди могли подойти к ветерану, к родственнику и сказать: «Расскажите». Через Афганистан прошло больше полумиллиона военнослужащих. Это огромный, очень важный и тяжёлый пласт нашей общей памяти. О нём нужно говорить без гнева, но и без забвения.
— Вы упомянули общение со школьниками. Вы активно участвуете в «Уроках мужества». Что для вас самое важное в этих встречах?
— Самое важное — не просто рассказать, «как было тяжело», а объяснить суть. Почему страна приняла такое решение, в чём заключалась наша помощь, какие задачи мы выполняли. Важно донести: мы там не воевали с народом, а противостояли определённым силам. И главное — на реальных примерах показать, что такое настоящая дружба, взаимовыручка, ответственность не только за себя, но и за товарища. Это и есть то самое «мужество» — не отсутствие страха, а умение действовать вопреки ему, потому что от тебя зависят другие.
Афганистан
— Как ребята реагируют? Что их больше всего удивляет?
— Реакция разная, но видно, что многим действительно интересно, особенно когда показываешь предметы, фотографии той эпохи. Часто удивляются бытовым деталям: как жили, что ели, как отдыхали. Или тому, что многие солдаты были их ровесниками. Самый задаваемый вопрос: «А страшно ли было?» Я всегда честно отвечаю. И объясняю, что помогало этот страх преодолевать.
— Вы дарите школам книги. Почему это так важно?
— Потому что книга — это сохранившаяся память. У меня есть уникальные сборники воспоминаний, изданные маленькими тиражами самими ветеранами. Их нет в магазинах. Это живые голоса. Передавая такую книгу в школьную библиотеку, мы оставляем там не просто факты, а частичку личного опыта. Чтобы любой ученик, если заинтересуется, мог взять и услышать этот голос из прошлого. Это надёжнее, чем мимолётный пост в интернете.
— Вы вернулись в Ивановскую область. Чем занимались после армии?
— Поступил в Ивановский инженерно-строительный институт, закончил его. Потом пошёл служить в спецслужбы, отслужил 28 лет. Сейчас на пенсии. Вся моя общественная работа в организации «Офицеры России» — это, в том числе, чтобы та память и те уроки, о которых мы говорим, не были забыты.
— У вас есть семья?
— Да, у меня двое детей. С женой вместе 36 лет, познакомился с ней на практике в Ивановском инженерно-строительном институте. Для меня семья — это мой тыл и главная опора. Именно супруга и дети дают мне силы двигаться дальше и добиваться целей.
Афганистан.
— Евгений Александрович, есть точка зрения, что из Афганистана мы вышли «непобедителями». Что вы на это скажете?
— Эта точка зрения глубоко ошибочна. 15 февраля 1989 года — это день завершения выполнения приказа. Войска выполнили поставленные задачи и были выведены в организованном порядке, с честью. Мы вышли не так, как это делали другие, — в панике, бросая технику и союзников. Наш вывод — пример воинской дисциплины и взаимовыручки до самого конца. Для нас, ветеранов, 15 февраля — это день достойного завершения тяжелейшей миссии, день возвращения домой. И главная победа там — сохранённое товарищество и человеческое достоинство в нечеловеческих условиях.
— Спасибо вам за этот разговор накануне памятной даты. Что бы вы хотели пожелать читателям 15 февраля?
— Прежде всего — мира. И чтобы память была живой и светлой. Чтобы вспоминали не только о трудностях, но и о крепкой дружбе, о силе духа. И чтобы ценили то, что есть сейчас. Здоровья всем ветеранам, а их семьям — спокойствия и гордости. Мы свой долг выполнили. С праздником, с Днем памяти о россиянах, исполнявших служебный долг за пределами Отечества!
Афганистан, переправа.