В Ленинском районном суде продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего заместителя председателя правительства 37-го региона и экс-мэра облцентра Александра Шаботинского. Ключевым свидетелем по делу выступает Денис Кочнев — бывший директор департамента ЖКХ, который ранее уже был осуждён по эпизодам, связанным с теми же событиями. В зале заседания находился и корреспондент «Ивановских новостей».
Центральным моментом допроса стало признание Кочнева: вся информация о роли Шаботинского в схеме с откатами основана исключительно на словах бывшего начальника департамента ЖКХ Владислава Мартьянова, который, по данным следствия, находится в бегах.
«Вы все, то что в протоколе от 17 января, то что вы там расписали, это все только со слов Мартьянова», — констатирует один из защитников Шаботинского.
Кочнев отвечает предельно откровенно:
«Лично у меня никакой информации конкретной нет. Я не могу предъявить факты. У меня больше ничего нет».
На данный момент версия обвинения о том, что Шаботинский лично давал указания о передаче 10% от контрактов в качестве взятки, держится на показаниях одного человека — Мартьянова. Защита Шаботинского обратила внимание суда на то, что в показаниях Кочнева постоянно встречаются формулировки «я так думаю», «я считаю», «мне кажется».
«Мой коллега обратил ваше внимание на выражение "я так думаю", а я обращу внимание на другое выражение, очень часто встречающееся в этом протоколе. Вы [обращаясь к Кочневу, — пом.ред.] говорите "я считаю". Можно расценивать это как субъективную оценку той обстановки, которая складывалась», — говорит адвокат.
Защита настаивает: ни одного конкретного факта, ни одного документа, ни одного прямого свидетельства о том, что Шаботинский лично давал указания о взятках, в материалах дела нет.
Ещё один важный блок вопросов — о том, как именно распределялись деньги. Ранее Кочнев давал разные показания: то о трети, то о четверти, то о половине. Теперь он пытается объяснить эту путаницу.
«Ещё раз говорю, что та схема, которую я описал, была идеальной, которая была первоначальной. Как всегда, первоначальная схема не сработала. И деньги будут разделены именно таким образом. То есть забирал Степанов себе часть, да, и очень большая часть отдавалась Мартьянову. С учётом того, что потом это должно было каким-то образом поделиться», — говорит Кочнев.
На уточняющий вопрос о том, сколько именно оставалось у Мартьянова после всех «расчётов», он отвечает: «Я не знаю, я не считал». Вопросы задавал и Шаботинский.
В показаниях также подробно описывалась структура управления фондом капремонта. Кочнев утверждает, что до 2023 года директора фонда — Белов, Кручинин, Фёдоров — не принимали самостоятельных решений.
Один из самых острых вопросов — о том, почему подрядчикам платили в приоритетном порядке, а не переводили деньги на специальные счета домов, которые ещё не попали в программу капремонта.
«В сложившейся финансовой ситуации, когда имеющийся на счетах фонда сумма денежных средств не позволяла одновременно произвести расчёты с подрядчиками и перечислить денежные средства на специальные счёта, принимались решения о приоритете денежных средств подрядчикам с целью реализации программы», — говорит Кочнев.
И дальше — конкретная цифра:
«Имеющиеся денежные средства в фонде по решению вышеуказанных лиц распределялись в следующих пропорциях: 70% уходило на выплаты подрядным организациям по договорам, 30% переводились на специальные счёта».
Кочнев также поясняет, почему фонд оказался в такой сложной финансовой ситуации:
«Дефицит бюджета фонда для выполнения всех обязательств составлял примерно 4 млрд рублей в 2022 году до 2 млрд рублей в 2024 году».
В своих показаниях Кочнев утверждает, что Шаботинский полностью контролировал фонд капремонта:
«Шаботинский плотно отслеживал обстановку, которая была в сфере его полномочий, в том числе в фонде капитального ремонта. Он всегда располагал данными о производственных оплатах, их объёме и остатках».
Но на вопрос о том, какие именно факты подтверждают, что Шаботинский лично давал указания о взятках, Кочнев снова отвечает:
«Обстоятельства о том, что Шаботинский давал поручение Мартьянову на то, чтобы последний договаривался с подрядчиками, чтобы они передавали деньги за подряды в размере 10% от стоимости заключённых договоров, я знаю со слов Мартьянова».
К концу заседания защита и сам подсудимый отметили, что показания Кочнева основаны исключительно на словах Мартьянова. Ни документов, ни собственных наблюдений, ни аудиозаписей, ни свидетелей, которые могли бы подтвердить, что Шаботинский лично давал указания о взятках, нет.
В результате наиболее полезными показаниями Дениса Кочнева стали «откровения» о передаче и получении взяток от Владимира Ярченкова и Дмитрия Сафонова, которым уже озвучили приговоры. Возможно, они стали и наводкой на Александра Шаботинского, которого задержали незадолго после озвученного бывшим чиновником.