В кинешемском СИЗО-2 ночью добровольно ушел из жизни арестант. Его тело нашли в понедельник. Информации о ЧП пока крайне мало, УФСИН – ведомство закрытое. Есть информация, что погибший – ингуш по национальности.

Гибель заключенного – всегда большое ЧП, масштабы которого выходят за пределы региона и вызывают общероссийский резонанс.

И это уже не первое подобное ЧП в пенитенциарной системе Ивановской области за последнее время.

В конце октября «Ивановские новости» пытались разобраться в причинах громкого ЧП за колючей проволокой, некоторые связывают с именем Романа Саакяна. В колонии №5 в Кохме скончался мужчина, которому было всего 42 года. Какое преступление он совершил, нам не сообщили. Но пояснили, что у арестанта были проблемы со здоровьем, больной должен был находиться строго в больнице, а не в бараке. Но он почему-то подписал отказ от госпитализации в больницу. И вскоре скончался, якобы, от обширного инфаркта. 

Этот случай заинтересовал даже известного общественника из столицы.

И вот – новая смерть, внешне похожая на суицид. Хотя экспертного заключения о точных причинах гибели заключенного пока нет.

Также "Ивановские новости" сообщали, что на днях 26-летний сотрудник одной из ивановских колоний попал в поле внимания наркополиции.

Что же происходит в пенитенциарной системе в Ивановской области? В марте 2021 ивановский УФСИН возглавил полковник Василий Мелюк, до этого работавший первым заместителем в той же системе во Владимирской области.

Вслед за ним пришел уже упомянутый Роман Саакян. Ранее он возглавлял ИК-6 во Владимирской области. Там арестанты рассказывали о пытках и даже угрозах сексуального насилия – все это, якобы, исходило от руководства пенитенциарного учреждения.

В Ивановской области майора внутренней службы Саакяна назначили сначала начальником женской колонии №7. Потом его поставили руководить ИК-5 в Кохме.

Тем не менее, в региональном УФСИН на запрос «Ивановских новостей» ответили: «В УФСИН по Ивановской области компрометирующих материалов в отношении майора внутренней службы Р. Саакяна нет».

Резонно предположить, что вторая гибель заключенного за столь короткое время вызовет очередной всплеск утихшей было протестной активности со стороны родственников арестантов.